Ссылки для упрощенного доступа

23 Февраль 2024, Ташкентское время: 18:05

«В бой идут одни бедняки» и «Нас окружают мертвые». Как живет город российских военных Юрга


Этот сибирский город часто фигурирует в новостях об Украине. В начале войны «Медиазона», изучив данные о посылках, отправленных из ближайших к границе с Украиной отделений СДЭК в феврале – мае 2022 года, пришла к выводу, что самый большой подозрительный трафик шел в кузбасскую Юргу. Затем последовали дальнейшие расследования мародерства российских военных, которые отправляли посылки с награбленным домой.

В Югре расположены три крупные военные части: 106-я отдельная бригада Материально-технического обеспечения, 120-я гвардейская артиллерийская бригада и 74-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада, которую независимые расследователи еще в 2014-м уличили в том, что ее бойцы состояли в незаконных вооруженных формированиях «Новороссии».

Журналисты «Сибирь. Реалии» побывали в этом городке и подсчитали, что в Украине погиб как минимум 101 человек из числа военнослужащих местных гарнизонов и заключенных ИК Юрги –​ это четверть от всех погибших на войне кузбассовцев.

Фотографии 50 погибших в Украине с именами и краткой биографией разместили в Юрге на так называемой Аллее героев в сквере за ДК «Победы». Возле него стоят буквы «Победа», как будто обклеенные советскими газетами времен Великой Отечественной. Статьи дизайнеры подобрали подходящие. Сразу бросается в глаза заголовок «Презрение к смерти должно распространяться в массах и обеспечить победу».

Фото погибших за ДК «Победы».
Фото погибших за ДК «Победы».

– Город превратился в кладбище. Нас окружают мертвые. Везде лица погибших: в центре города возле администрации у фонтана гуляют молодые семьи с детьми, а по бокам здания – экраны, на которых нон-стоп показывают фото наших погибших военных. За ДК «Победы» стенды с погибшими, по обочинам дорог и на детских площадках стоят билборды опять с ними же. Вроде жизнь кипит, но на нас отовсюду смотрят мертвые... это все ужасно и тяжело. Из военного уютного городка Юрга превратилась в город мертвых, – говорит местная жительница Людмила.

«Поехал чисто из-за брата»

Самое популярное место здесь – вокзал. Именно с него началась история Юрги как города. Считается, что поселок на плодородных землях у реки Томь основали в 1870-1880-х жители села Поломошное, что на другом берегу. Но городом Юрга стала благодаря Транссибирской магистрали, которую проложили сюда в 1896-м. А спустя 10 лет здесь построили и первый деревянный вокзал.

На вокзале.
На вокзале.

Сегодня Юрга – один из немногих городов Кузбасса, откуда по железной дороге можно уехать в любой конец страны. С местного вокзала провожают контрактников, вагнеровцев и мобилизованных в Украину. И хотя никакой массовой отправки военных сейчас уже нет, на перронах полно людей в камуфляже, берцах и с рюкзаками.

Военный прощается с девушкой.
Военный прощается с девушкой.

Вот отходит очередной поезд «Москва – Владивосток». Молодой человек в форме обнимает девушку, долго ее не отпускает, пытается подбодрить, говорит, что все будет хорошо. Потом сажает ее в вагон и бежит на автобус до воинской части. А с другой стороны здания вокзала под облупившимся памятником Ленину собирается компания из восьми человек. Возраст – 30–40 лет. Несколько мужчин в камуфляжной одежде. Остальные – в спортивных костюмах.

Один из них часто сплевывает через прореху в зубах на асфальт и все время записывает кому-то голосовые сообщения. Мужчины курят, тихо о чем-то переговариваются. Беседа оживляется, когда к ним подходит еще один – лет 40, тоже в камуфляже и в фуражке. Он то ли немного пьян, то ли просто в приподнятом настроении. Хвастается тем, что более подкован в военных делах и начинает всех учить:

– Куда вы едете? Вы же старые, толстые. Вот товарищ стоит. Сколько ты весишь?

– Я легкий.

– Сколько ты весишь?

– 60 (смеется).

– Не п***и. Это я 60 вешу. Ты – 120.

– Ага, 120.

– Поговори, б**. На тебя броник даже не налезет. Я не смогу тебя нести. Я уже там побывал, я знаю. И вот таких товарищей тоже (показывает на других упитанных мужчин). Ну посидишь на базе, побухаешь маленько. Без закуски. Бухать там бухаем шмурдяк местный. Типа самогонки. Иначе никак. Я просто шел вот так с автоматом, е****ло (ударило. – С.Р.), и все. Если ты живой – нормально. А если уже не живой – не нормально.

Он говорит охотно, много и возбужденно. Когда речь заходит о боевых действиях, склоняет голову, понижает голос. Тогда его еле слышно. Доносятся лишь обрывки фраз: «…голову в мешке», «я туда из граника еб**л». Остальные с интересом слушают, нервно смеются.

– Кого, б**, ни встретишь, все, б**, ужастики рассказывают. П****ц. На целый день запугали (смеется). Сам я из Красноярска. Поехал чисто из-за брата. У меня братана забрали 27 сентября. Не из-за денег… Я и на работе нормально зарабатывал, – добавляет другой.

От вокзала до военного городка всего 11 километров. Перед въездом – ТЦ «Звезда», где можно купить военную форму, пара супермаркетов, пивные точки и пункт Военной автомобильной инспекции. Дальше гражданские могут проехать только при наличии пропуска. По улицам снуют военные. Сейчас по расписанию так называемое личное время, и все спешат в магазин. Среди военных много тувинцев, шорцев, алтайцев. Некоторые между собой общаются на родном языке. Местные жители говорят, что еще зимой в Юргу стали свозить военнослужащих из числа малочисленных и коренных народов Сибири. И сейчас из них формируют полк.

ТЦ «Звезда».
ТЦ «Звезда».

С приезжими здесь говорить не хотят даже обычно словоохотливые продавцы. Несмотря на эту закрытость, о военных частях, особенно о 74-й бригаде, известно немало. В СМИ постоянно всплывают скандальные истории. То солдат-контрактник сбежал из части, прихватив автомат Калашникова и 60 патронов; то военных обложил данью местный криминалитет. Здесь периодически взрываются снаряды и гибнут люди. В воинской части скончался мобилизованный, другие мобилизованные устроили драку в кафе.

Возле магазина у военной части.
Возле магазина у военной части.

В конце июня контрактников отсюда отправили в поселок Калининец в Подмосковье – в лагерь подготовки участников «спецоперации». 9 июля там произошла драка, в результате которой погиб сибиряк. По словам очевидцев, один из военных, который как раз приехал из Юрги, пошел в магазин, но «старшие» решили, что он «нарушил устав». За это его начали избивать сотрудники разведроты и военной полиции.

«После, когда все стояли на плацу на вечернем разводе, разведрота напала на дневальных артиллерийских дивизионов, –​ цитирует очевидица «Тайга». – Едва не закончилось массовой дракой с ножами и палками. Один из потерпевших вчера скончался в госпитале. Побои сняли, заявление в военную прокуратуру направили, но есть большие подозрения, что хотят замять».

«Стрелять не умел, автомат в руках держал, и все»

За «подвигами» контрактников из Юрги следят не только в России. В поле зрения иностранных СМИ эти военные части попали еще в 2014 году. Международная волонтерская группа InformNapalm в рамках OSINT-расследования нашла доказательства того, что контрактники 74-й отдельной мотострелковой бригады (в/ч 21005 41-й общевойсковой армии –​ Центральный военный округ) находились на оккупированной территории Донбасса и состояли в незаконных вооруженных формированиях «Новороссии».

По дороге к военной части.
По дороге к военной части.

Танки Т-72Б3 в конце 2021 года, незадолго до начала российского вторжения в Украину, массово двигавшиеся на запад и попадавшие в многочисленные объективы фотокамер, также принадлежали этой военной части. Эти танки, еще в 2014-м замеченные на Донбассе, уже тогда свидетельствовали о том, что современное оружие сепаратистам «ДНР»/«ЛНР» поставляет именно Россия. А в 2021-м они стали одними из предвестников предстоящего российского вторжения в Украину.

24 февраля 2022 года, в первый день войны, под Черниговом сдался в плен целый разведвзвод 74-й мотострелковой бригады из Юрги. Видео с заместителем командира взвода по техническим средствам разведки Константином Буйничевым, который рассказывал, что только накануне они узнали о наступлении на Украину, разлетелось по всем соцсетям.

«Этого никто не думал, что мы едем убивать. Воевать мы не собирались, мы собирали информацию, –​ говорил старшина. – Война эта не нужна никому. Ни нам, ни Украине». В марте того же года он вернулся из плена в Россию.

Военный городок.
Военный городок.

В мае 2022 года 74-я бригада быстрого реагирования «Бешеные псы» из Юрги «отличилась» под Белогоровкой в Луганской области Украины. Тогда российское командование три дня под ураганным артогнем ВСУ гнало на убой войска к переправе через реку Северский Донец. TheNewYorkTimes назвал это сражение за мост одним из самых кровопролитных за время войны в Украине. Издание, ссылаясь на Институт изучения войны, сообщило, что Россия потеряла 485 военных 74-й бригады и более 80 единиц техники.

В феврале 2023 года российский суд оштрафовал «Википедию» на 2 млн рублей за отказ удалять статьи о трех воинских частях. Речь в том числе шла о статье про ту же 74-ю бригаду. В этом материале упоминается расследование «Медиазоны» о том, как в начале войны российские военные отправляли из приграничных с Украиной населенных пунктов разнообразные ценные грузы. В Юргу, где базируется 74-я бригада, ушли посылки общим весом 5,8 тонны.

В апреле 2023-го из плена освободили 21-летнего контрактника Павла Петрова все из той же части 21005. Он оказался на фронте 16 января 2023 года и уже 26 января попал в украинский плен. Как рассказал военнослужащий в интервью журналистам, он не умел стрелять («автомат в руках держал, и все»), а когда им приказали окапываться, выполнить приказ было нечем – их группе не дали даже лопат.

В июне СМИ опубликовали постановление администрации Юрги, согласно которому экс-депутату Кемеровской области Петру Куручу выделили 20 миллионов рублей на благоустройство «Аллеи героев» на кладбище. На официальном сайте администрации города такого документа нет. Если сравнивать с другими постановлениями, «слитое» имеет множество отличий: не совпадают шапка, шрифты, нумерация. Скорее всего, документ фейковый. Тем не менее журналисты «Сибирь.Реалии» отправились на местное кладбище – проверить, ведутся ли там какие-то работы.

«Надеется, но не верит, что муж вернется»

От военной части до кладбища – пара минут на машине. Если заходить через центральный вход, то вскоре попадешь на «Аллею героев» – это могилы участников Великой Отечественной. На некоторых памятниках есть даже штрихкоды, по которым можно прочитать биографию военных. А вот дальше – обычное провинциальное кладбище с высокими оградками до двух метров, облезлыми металлическими и огромными мраморными памятниками. На фотографиях – очень много людей в форме. Но ни одной могилы погибших в Украине с первого взгляда не видно.

Георгиевская ленточка на старом участке кладбища.
Георгиевская ленточка на старом участке кладбища.

В поисках сталкиваемся с женщиной лет 50. Услышав, что готовится материал для СМИ, она категорически отказалась называть свое настоящее имя, но согласилась показать, где похоронены погибшие в Украине. Оказывается, теперь их хоронят на новом, еще не огороженном участке кладбища и идти к нему нужно мимо поля в грязи чуть ли не по колено.

– Когда это уже все закончится?! Сил нет уже смотреть все, слушать и читать! У меня муж племянницы, мобилизованный, сейчас под Васильевкой (украинский поселок в Запорожье, на Каховском водохранилище –​ С.Р.). Недавно выходил на связь. Говорит, не верьте ничему. Все не так. Мы, говорит, утром населенный пункт берем, а вечером команда: сдавать назад. И они уходят на свои старые позиции. И так изо дня в день. Хотя никаких предпосылок нет, чтобы назад идти. Как будто кому-то выгодно, чтобы это все тянулось долго, – говорит наша проводница. – Парней наших много там уже полегло. Они все пьют там постоянно. Наш напился, барагозить начал. Так его, как протрезвел, вызвали и сказали, что в качестве наказания бросают на передовую. А если еще раз такое повторится, то пошлют туда, откуда точно не возвращаются. Вот теперь молимся. Племянница надеется, но не верит, что муж вернется. Он у нас прям шкаф. С ним никто обычно не хотел связываться. А там всем уже на все плевать. Вот они между сражениями еще и дерутся между собой. Племянница засыпает с мыслями и просыпается: жив еще или нет.

55 могил погибших военнослужащих находятся в чистом поле, рядом с большинством – какой-нибудь флаг. По ним можно изучать военную геральдику: есть штандарты ВДВ, пограничников, войск ПВО, военной разведки, мотострелковых и ракетных войск. А еще триколор, Знамя Победы, флаги «музыкантов» «Вагнера». Вдалеке на заднем плане виднеется часовня Ильи Муромца.

– Я вам так скажу: в бой идут одни бедняки! – продолжает жительница Юрги. – Не знаю, может быть, где-то и можно честным трудом хорошо зарабатывать, но это точно не в Сибири! Куда идти? Из стабильной работы, чтобы хватало хоть чуть-чуть концы с концами сводить, у нас только «железка», колония и часть. Все! Вот и идут парни на эти контракты от безысходности. Вы думаете, они не знают, что шансы не вернуться большие? Все все знают!

Местная исправительная колония.
Местная исправительная колония.

– Много военных династий. Есть семьи, потерявшие родных в Чечне и сейчас. Много тех, кто уже вернулся инвалидами. Во время первой чеченской очень много наших парней полегло. Те, кто остался жив, потом рассказывали, что у каждого было написано последнее письмо родным и завернуто в целлофан, чтобы после смерти его отправили близким. Тогда было легче… не было столько информации, столько вбросов. А как читать это все? Каждый раз молишься, чтобы обошлось все. С мобильными и интернетом вроде должно быть и легче, но тяжелее. Звонят, а говорить не хотят. А что скажешь? И так все понятно. Да и родным после разговора легче не становится. Вон позвонил топогеодезист Владимир Балабанов, поздравил жену с днем рождения дочки, ей год исполнился, а через пару часов его не стало. Представляете, в день рождения собственной дочери погиб! Ребятишек, конечно, жалко. Много крох совсем рано потеряли отцов. Много многодетных отцов погибло. Вон у Сергея Казимагомедова – многодетная семья. Он участвовал во второй чеченской. Сейчас пошел добровольцем через «Ахмат», чтобы денег заработать. У Лузянина Кирилла пятеро ребятишек осталось, – рассказывает жительница Юрги.

На кладбище похоронены как местные, так и те, кто приехал служить в Юрге из других городов Кузбасса и Сибири. На некоторых могилах лежат детские рисунки и собранные фигурки «Лего». Похоже, дети принесли подарки своим отцам. Между захоронениями натянуты разграничивающие их веревки. Никаких дорожек тут не проложить.

«Для людей не делается ничего»

Вся история Югры связана с войнами. И это отчетливо чувствуется здесь: дело не только в большом количестве людей в форме и навязчивых милитаристских символах, в том числе откровенной рекламы наемничества.

Экраны у здания администрации.
Экраны у здания администрации.

В годы Второй мировой сюда эвакуировали Сталинградский машиностроительный завод «Баррикады». 6 февраля 1943 года первые пушки, изготовленные на заводе, прошли испытания и сразу же были отправлены на фронт. Завод специализировался на крупнокалиберных орудиях и их стволах. Пленные немцы строили здесь проспект Победы, улицы Мира, Московскую, Ленинградскую, Краматорскую.

Юргинский машиностроительный завод.
Юргинский машиностроительный завод.

Когда в годы перестройки завод стал никому не нужен, в начале 1990-х сюда передислоцировали 74-ю бригаду – горожанам требовалась работа, ее дали военные. В первую чеченскую войну танки бригады попали в засаду в больничном комплексе Грозного. Тогда там погибло несколько десятков жителей Юрги. Генштаб собрался было подразделение расформировывать, но вступились общественные организации, в том числе Комитет родителей военнослужащих. Во вторую чеченскую юргинцы из 74-й бригады получили полуофициальное и закрепившееся за ними название «Бешеные псы» – как говорят местные, потому что были очень голодными и злыми.

ДК «Победа».
ДК «Победа».

Машзавод с тех пор несколько раз закрывали, пытались реанимировать, снова банкротили. Сейчас предпринимается очередная, неизвестно какая по счету попытка помочь некогда градообразующему предприятию заработать – принялись выпускать горно-шахтное оборудование, которое теперь нельзя купить за границей из-за санкций.

В городе полно вывесок с милитаристскими названиями: гостиница «Цитадель», спортивная школа «Снайпер», кафе «Блиндаж».

– Лет 10 назад (в 2016 году –​ С.Р.) Юргу объявили территорией опережающего развития, чтобы мы перестали быть моногородом, жизнь которого строится вокруг частей и полигона, – рассказывает местная жительница Людмила. – С тех пор в Кемерово, Новокузнецк, Шерегеш были миллиарды вложены, в том числе в открытия новых предприятий. Но не в Юргу. Юрмаш встал, хлебокомбинат не работает. Из заводов остался только «ТехноНиколь», который так смолит, что в трубы дым не помещается. Ни окна открыть, ни на улицу выйти. К заводу вообще близко не подъехать – задыхаешься. На огородах около завода даже картошка не растет... Статистика по заболеванию раком ужасает, почти у всех детей аллергия. Все отсюда массово уезжают кто куда – в Новосибирск, Кемерово, Краснодар, Томск, Москву, Питер. Живут только военные контрактники и офицеры, да пенсионеры, у которых нет возможности уехать.

На улицах Юрги.
На улицах Юрги.

– Для людей не делается ничего. Погулять негде. Парк Пушкина, где сгорел батут и постоянно ломались аттракционы, так и не собираются делать. Детские площадки во дворах спиливают, потому что они не соответствуют каким-то там нормам, а новые не ставят. У нас тут рядом село Поломошное есть – нужно только Томь переехать. У меня там родня живет. Вот мне, чтобы туда съездить, нужно заплатить за проезд по понтонному мосту на седане 130 рублей, на джипе – 240, сельхозтехника вроде до полутора тысяч в одну сторону. Раньше переправа была бесплатная. А теперь отдали все в частные руки. Альтернативы нет: только крюк через Кемерово в 230 километров делать. Притом что из Яшкино, из Литвиново и Мохово (села на другом берегу –​ С.Р.) в Юргу и наоборот ездят работать люди. В Поломошном у нас мельница и яшкинские теплицы (входят в «КДВ Групп», холдинг, которому, в частности, принадлежит кондитерская фабрика «Яшкино» –​ С.Р.​). Жителям Поломошного после скандала сделали по предъявлению прописки бесплатный проезд, а остальным – нет. Захочешь на «КДВ» устроиться, будь готов оставить треть зарплаты на дорогу. Мужик один зимой решил сэкономить и проехать по льду и получил штраф – пять тысяч рублей. Якобы он нарушил закон. А потом и вовсе установили бетонные блоки, чтобы только люди бесплатно через реку не ездили, – говорит Людмила.

Переправа в Поломошное.
Переправа в Поломошное.

«Родине хотел помочь»

В ноябре 2022 года на здании Юргинского машиностроительного техникума установили мемориальные доски выпускникам Ивану Бочарову и Игорю Иовбаку. На мраморных табличках они кажутся значительно старше своих лет. 25-летний Иовбак погиб в марте 2022 года, 31-летний Бочаров – в августе. Оба служили здесь, в Юрге.

– Я не скажу, что в нашей «шараге» (колледже –​ С.Р.) ) плохие специальности, – рассказывает один из студентов. – Тут учат программированию, инженером можно стать со временем, вышку окончить. Но столько инженеров нам куда здесь? Поэтому, конечно, идут по контракту в часть. В Юрге это вообще самый понятный способ: служишь, деньги платят, если не нравится – ищешь что-то другое со временем.

Летом 2023 года в Украине погиб 24-летний Максим Кель из Юрги. «Мягких тебе облачков, Килька. Я не верю, что пишу такой текст тебе. И никогда не поверю», – написала в социальных сетях его подруга Алина Ткаленко, добавив, что «Максима забрала война». Алина несколько лет назад переехала в Новосибирск, но считает, что и в Юрге у молодежи перспектив достаточно.

– На мой взгляд, мнение, что в Юрге нет перспектив, ошибочно. Все мои друзья в Юрге работают: на зоне, по контракту в части, в школах учителями, в салонах красоты, в шоурумах. Есть примеры развития малого бизнеса, связанного с бьюти-сферой: ногти, брови, ресницы, мейк и прочее. Как по мне, перспектива развития есть у любого заинтересованного в своем будущем человека. И город тут совершенно не важен. Я лично знаю молодых девушек из Юрги, которые зарабатывают больше 140 тысяч в месяц на коррекции бровей. Они просто нашли свое любимое дело и развивают его. Да и молодые люди ровно так же могут расти, строить свой бизнес в этом городе, – уверена Алина. Говорить с нами о своем друге Максиме и о том, зачем он ушел на войну, она отказалась.

Могила Максима Келя.
Могила Максима Келя.

Фотографию могилы Максима Келя редакции «Сибирь.Реалии» прислала его бывшая учительница Софья Преображенская. До пандемии она преподавала английский, но два года назад ушла из школы, чтобы вплотную заняться своим увлечением – приютом для попугаев. Говорит, что мобилизованные, отправляясь на фронт, оставляли своих неразлучников и волнистых попугайчиков в приюте, но обратно не забрали пока ни одной птицы. На войне погиб сын Софьи, служивший в одной из местных воинских частей. Про сына она говорить отказывается. Зато рассказывает про город и бывших учеников, могилы которых рядами появляются на местном кладбище.

– Про сына я могу сказать так: для меня специальная военная операция закончилась, – говорит Софья. – Мне некого больше ждать, не за кого переживать. Давайте про сына не будем. Я просто учитель, которая хоронит своих учеников. Мне еще написали однажды в комментариях: «У Бога мертвых нет». У Бога, может, и нет, а у меня есть. Каждый раз, бывая на кладбище, я вижу ряды могил. Годы выпуска: 2016, 2017, 2019-й… Вот Володя Симахин лежит. Ушел после девятого класса. Я помню, сидел за первой партой, смотрел на меня своими голубыми глазами. Юрга превратилась в некрополь: тут солдаты Минобороны лежат, тут «вагнеровцы» – венки такие черные, мрачные. Когда-то тут было несколько заводов, но теперь ничего нет. Юрга стоит, Юрга умирает. Мужики либо на вахту ездят, либо таксуют. Из предприятий остался только гормолзавод, еще бюджетные конторы, «ТехноНиколь». Куда мальчишкам идти работать? Только по контракту служить. Над городом постоянно летают вертолеты, доставляющие груз 200, а сам город залит слезами. Священники все время кого-то отпевают, отпевают, отпевают… Был город-сад, а теперь – некрополь. Поддерживают ли здесь спецоперацию? Да, машины с буквами Z все так же ездят. У многих в семье кто-то погиб, украинцев они уже не простят.

Могила Владимира Симахина.
Могила Владимира Симахина.

За полтора года войны здесь, как и по всей России, появилась еще одна категория военнослужащих: безвестно исчезнувших, чья смерть пока не подтверждена. Жены и матери обмениваются информацией в чатах, пытаясь отыскать своих мужчин, но командование, как правило, не дает внятной информации. В декабре 2022 года Мария Гриненко узнала от сослуживцев мужа по 74-й бригаде, что ее Дмитрий погиб на боевом задании, после чего его тело якобы забрала с поля боя эвакуационная группа. Однако в итоге тело так и не нашли, а вскоре Марии прекратили выплачивать денежное пособие.

– У меня грудной ребенок на руках, а я обзванивала все морги, военные госпитали, куда только не звонила… Потом позвонил командир бригады и сказал: «Готовьтесь к похоронам». Хотя подтверждения у них нет никакого, что он погиб. А вдруг он в плену? Всякое может быть. Деньги перестали платить, фактически оставив нас без средств к существованию, – рассказала Мария.

Ищет мужа и Марина Кирсанова из Новокузнецка. 55-летний Андрей Тортумашев добровольно присоединился к 74-й бригаде в Юрге, а в марте 2023 года пропал без вести, даже не доехав до фронта. Жена распространяет по социальным сетям ориентировки с особыми приметами: рост 162 см, нос сломан слева, шрам на губе, на груди шрам от удаления двух сегментов легкого.

– Он хотел ехать, когда только началась мобилизация. Я его в тот момент отговорила, так как ему надо было после Нового года оформлять пенсию. Вот получил первую пенсию и сразу уехал… – рассказывает Марина. – Родине хотел помочь. У него и опыт был: в 1993 году в Приднестровье служил по контракту. Операция на легком у него была, удалили два сегмента после простуды, но группа здоровья А – самая лучшая. Он ушел добровольцем 2 февраля, а 8 марта убыл туда уже. Ровно через три недели связь пропала с ним. Неизвестно, где он. Пропал по дороге на фронт – в районе Новоалександровки (Луганская область). Командование нам толком ничего не объясняет. Сравнивают по ДНК, правда, когда кого-то находят. Но пока совпадения нет.

Журналисты «Сибирь. Реалии» установили данные 100 кузбассовцев, отправившихся в Украину из военных частей Юрги, а также из местной колонии. Всего, согласно списку «Медиазоны»и BBC, в Украине погибли 403 военнослужащих из Кузбасса. В феврале этого года, по данным главы общественного движения «Русь сидящая» Ольги Романовой, из местной 41-й колонии вывезли 56 человек. «Сказали, что это от Минобороны. Никто не приезжал, не агитировал, списки составляли сами вертухаи, подчеркивали, что это не "Вагнер"», – ссылается Ольга Романова на информацию из исправительной колонии. Осенью прошлого года ЧВК «Вагнер» завербовала здесь почти две сотни заключенных. Некоторые имена погибших впервые обнаружили именно на билбордах в городе. В соцсетях некрологов о них не было.

Форум

XS
SM
MD
LG