Ссылки для упрощенного доступа

20 Сентябрь 2018, Ташкентское время: 23:39

Супруга Азимжана Аскарова: Мы вместе писали картины


Хадича Аскарова перед картинами, написанными супругом.

Супруга Азимжана Аскарова, осужденного на пожизненный срок лишения свободы за организацию массовых беспорядков в 2010 году, вот уже 8 лет постоянно ездит в Бишкек из Базар-Коргонского района, чтобы повидаться с ним. В интервью «Азаттыку» (Кыргызской редакции Радио Свобода) она поделилась своими мыслями и рассказала о своей жизни.

«Азаттык»: Прошло уже около 8 лет со дня задержания вашего мужа. В тех пор вы часто ездите в Бишкек. Как вы поживаете?

Аскарова: Какой может быть моя жизнь? Живу одна. Я одинока с 15 июня 2010 года. Мы жили со свекровью, но в 2012 году она скончалась - не пережила арест сына. Я живу надеждой. Муж невиновен. Раньше я и не думала о политике. Работала на поле, дома готовила. Мне нравилась такая жизнь. Я сейчас я ищу ответы на вопрос: «Почему?».

«Азаттык»: Где ваши дети?

Аскарова: Я сама родом из Ташкента. В 1979 году вышла замуж и переехала в Кыргызстан. Мы вместе с Азимжаном учились в Ташкенте. Потом поженились и начали жить в Базар-Коргоне. В советское время, когда не было проблем с границами, наши дети тоже учились в Ташкенте и получили там гражданство. Сейчас они живут в Ташкенте. Они не сбегали из Кыргызстана. У нас три сына, одна дочь и девять внуков. Я к ним езжу, они тоже приезжают ко мне. Отца тоже навещают.

«Азаттык»: Какие у вас отношения с соседями, односельчанами в Базар-Коргоне, как они относятся к вам?

Аскарова: Отношения у нас хорошие. Вместе со мной, они молятся за моего мужа. Они верят, что его освободят. Кто меня встречает, справляется о состоянии Азимжана Аскарова.

«Азаттык»: Вы имеет возможность встречаться с супругом? Заходите к нему, разговариваете?

Аскарова: В год дают право на три длительных и на столько же краткосрочных свиданий. Длительные – на трое суток. Я еду на эти три дня в колонию №47 и живу со своим мужем. Готовлю ему, латаю одежду. Там есть специальная комната для встреч. Краткосрочные встречи – на несколько часов. Мы встречаемся, говорим один или два часа.

«Азаттык»: Ходить на встречи имеете право только вы или дети тоже могут заходить к нему?

Аскарова: Дети, так же как и я, имеют право на длительные и краткосрочные свидания. Они приезжают. Я в последний раз ездила туда 3 февраля.

«Азаттык»: Каково состояние Азимжана Аскарова сейчас? В каких условиях он отбывает срок?

Аскарова: Состояние здоровья у него не очень хорошее. Ему уже 67 лет. Старому человеку и дома трудно, а в тюрьме тем более… Его камера находится в подвале, маленькая. Он сидит один. Пользоваться телефоном не разрешают. Я ему отвезла телевизор. Он слушает радио, рисует. Выучил английский язык. Потому что ему приходят письма со всего мира. Их пишут люди, поддерживающие моего мужа. Когда я его в последний раз навещала, ему пришло около 800 писем из Японии. Они пишут приятные слова. Когда читаю, слезы наворачиваются. Письма я уношу с собой.

«Азаттык»: Вы тоже, оказывается, любите рисовать. Вы до сих пор продолжаете?

Аскарова: Да, я училась на художника-декоратора. Во времена СССР мы рисовали плакаты и лозунги, которые вешались на улицы. Разрабатывали дизайн рекламы. Мы с мужем занимались этим. Но около 40 лет я не рисовала. В одиночестве я снова начала. Пишу натюрморты.

«Азаттык»: Есть ли у вас источники дохода? За счет чего вы живете?

Аскарова: Получаю пенсию. Есть земельный надел, работаю на нем. Я никогда не избегала черной работы. У меня есть силы.

Беседовал журналист Радио Азаттык (Кыргызской редакции Радио Свобода) Санжар Эралиев.

От редакции: Азимжан Аскаров осужден на пожизненный срок лишения свободы за организацию массовых беспорядков во время июньских событий 2010 года. Позже Комитет ООН по правам человека призвал власти Кыргызстана освободить правозащитника. Дело пересматривалось в Чуйском областном суде, который решением от 24 января 2017 года оставил в силе приговор о пожизненном заключении Аскарова.

В 2012 году его имущество было взято под арест, но в сентябре 2017 года Базар-Коргонский районный суд вынес решение о том, что его дом не подлежит конфискации, так как достался ему в наследство от матери.

XS
SM
MD
LG