Ссылки для упрощенного доступа

14 Декабрь 2019, Ташкентское время: 15:24

Кристиан Ласслет: Мэр Ташкента связан с 67 компаниями, работающими в Узбекистане на основе эксклюзивных привилегий


Мэр города Ташкента Джахонгир Артыкходжаев (справа) с президентом Узбекистана Шавкатом Мирзияевым.

Кристиан Ласслет – профессор криминологии британского университета Ulster, автор книг о коррупции и клептократии в странах Центральной Азии и Европы. Профессор Ласслет, изучающий столкновение интересов государства и частного сектора на международном уровне, близко следит и за изменениями в бизнес-среде Узбекистана с приходом к власти Шавката Мирзияева.

Кристиан Ласслет, опубликовавший в этом году ряд статей на эту тему, 30 мая обнародовал свое новое исследование, посвященное тому, как сегодняшняя практика ведения бизнеса в Узбекистане отличается от той, которая была в период правления Ислама Каримова.

В центр этого расследования была поставлена карта бизнес-империи мэра города Ташкента Джахонгира Артыкходжаева.

Озодлик: В Узбекистане достаточно много крупных предпринимателей, влиятельных государственных деятелей. Однако вы выбрали объектом своего расследования именно Джахонгира Артыкходжаева. Почему?

Кристиан Ласслет: На самом деле, наше расследование было посвящено процессу реформ в Узбекистане. Мы выбрали объектом данного расследования мэра города Ташкента Джахонгира Артыкходжаева для того, чтобы изучить, насколько далеко правительство страны дистанцировалось от тех плохих практик, которые наблюдались в прошлом. Почему именно Артыкходжаев? Потому что, мэр Ташкента является не только влиятельной политической фигурой, но и владельцем огромной бизнес-империи. На примере Артыкходжаева мы изучили тот факт, как нынешнее правительство поступает в сложной ситуации, когда происходит тесное сплетение интересов государственного и частного секторов. Пытается ли правительство предотвратить столкновение интересов государства и личности? Обеспечивается ли открытость и прозрачность принимаемых властью решений? Были ли приняты меры для предотвращения ситуации, когда успешность бизнеса определяют политические связи и политическое влияние их владельцев. В этом расследовании мы попытались найти ответы на эти вопросы на примере Артыкходжаева.

Озодлик: В вашей статье приведены названия десятков компаний, причастность к котором Джахонгира Артыкходжаева доказана на основе реальных документов. Просматривая эти документы, приходишь к мысли, что в Узбекистане не осталось ни одного прибыльного бизнеса, куда бы не дошла рука Артыкходжаева. А у вас самого не сложилось такое мнение в ходе данного расследования?

Кристиан Ласслет: Отвечу на ваш вопрос на примере лишь одного проекта – Tashkent City. Этот проект был оценен в 1.3 миллиарда долларов, в истории Узбекистана еще не было подобного дорогостоящего строительства. В начале данного мегапроекта участие в нем Akfa Group было практически незаметным – компания Артыкходжаева была показана в качестве инвестора всего лишь одного из восьми лотов.

Казалось, что остальные лоты принадлежат другим инвесторам и другим лицам. Но после того, как мы начали тщательно изучать корпоративную информацию относительно других инвесторов, выяснилось, что Akfa-Artel является инвестором еще трех лотов, то есть, главным подрядчиком еще четырех лотов. Вместе с тем, нам удалось выяснить, что Akfa-Artel играет важную роль во всех аспектах проекта Tashkent City.

А это означает, что принадлежащие мэру Ташкента компании имеют очень большие интересы в самом крупном проекте, который осуществляется в возглавляемом им городе.

Озoдлик: В своем расследовании вы приводите имена владельцев акций десятков компаний, с которыми связан Джахонгир Артыкходжаев, получивший значительную долю не только в проекте Tashkent City, но и в других крупных проектах, осуществляемых в узбекской столице. Среди этих акционеров, кроме Джахонгира Артыкходжаева, вы часто упоминаете имена еще двух лиц – Аброра Ганиева и Исмаила Исраилова. Кто эти люди, какое они имеют отношение к Артыкходжаеву?

Кристиан Ласслет: В ходе изучения документов 67 компаний, зарегистрированных в Узбекистане, нам удалось установить, что все они связаны с группой Akfa-Artel.

Мы выяснили, что владельцами по меньшей мере 18 из них выступают оффшорные компании, которые зарегистрированы в Великобритании и Сингапуре. Эти оффшорные компании объединяет то, что все они пользуются легальными средствами, позволяющими скрыть от общественности их истинного владельца. То есть, нет возможности найти истинного владельца этих компаний, которые получили большую долю из узбекистанской экономики. Почему эти компании скрывают своих владельцев – либо их владельцы являются членами политического руководства, либо людьми с сомнительным предпринимательским прошлым. В ходе расследования нам стало известно, что упомянутые вами Аброр Ганиев и Исмаил Исраилов владеют большей частью акций в 67 компаниях, связанных с Akfa-Artel. Аброр Ганиев является председателем группы компаний Akfa, а Исмаил Исраилов – менеджером компании. Управляющие компаний Джахонгира Артыкходжаева одновременно владеют акциями десятка компаний, связанных с мэром Ташкента. Мы написали письмо Ганиеву и Исраилову, в котором спросили их о том, являются ли они истинными владельцами акций в вышеперечисленных компаниях, либо владеют ими на основе доверенности. Но ответа так и не получили. Поэтому у нас нет конкретного ответа на этот вопрос. В данной ситуации обеспокоенность вызывает тот факт, что в очень редких случаях менеджеры владеют большей частью акций компаний, в которых они работают. Эти компании используют оффшорные схемы, чтобы скрыть имена своих истинных владельцев. Именно поэтому нас беспокоит то, что такие лица, как Аброр Ганиев и Исмаил Исраилов, не являются истинными владельцами акций крупных компаний в Узбекистане. Они просто лица, которых выбрали, чтобы скрыть имена реальных владельцев этих компаний. Если исходить из того, что Akfa-Artel считается самой прибыльной компанией в Узбекистане, то на повестке дня снова стоит следующий вопрос – почему скрыты имена истинных владельцев компаний в ее составе.

Исходя из имеющихся у нас документов, мы со стопроцентной уверенностью можем сказать, что Ганиев и Исраилов являются не только работниками Джахонгира Артыкходжаева, но и одновременно акционерами связанных с ним компаний и его бизнес-партнерами.

Озодлик: Ваши слова напоминают нам недавнее прошлое в Узбекистане. В то время, когда вся страна знала, что истинной владелицей многих крупных компаний является Гульнара Каримова, на бумаге их владельцами были показаны ее подчиненные – Гаяне Авакян, Нурмухаммад Садыков и Алишер Сабиров...

Кристиан Ласслет: Вы абсолютно правы. Еще в недавнем прошлом мы видели, как в Узбекистане скрывали истинных владельцев крупных компаний. Сегодня мы уже знаем, что на самом деле эти компании принадлежали достаточно влиятельным лицам в руководстве страны. А еще мы знаем, что они, пользуясь своими полномочиями и возможностями, грабили богатства государства и своего народа. Поэтому мы хотим знать, насколько правительство Мирзияева дистанцировалось от тех плохих практик, которые наблюдались в прошлом. Если нынешние власти продолжают идти по пути Гульнары Каримовой, то мы хотим предупредить их, что завтра это обернется катастрофой не только для них, но и для экономики Узбекистана.

Озодлик: В ходе своего расследования вам удалось выяснить, что члены семьи Джахонгира Артыкходжаева, в частности, его супруга и сын являются владельцами компаний, которым даны большие привилегии. Какую проблему вы видите в том, что этими компаниями владеют члены семьи мэра узбекской столицы?

Кристиан Ласслет: Супруга мэра Ташкента Нигора Артыкходжаева является владелицей 61,64% акций самой крупной частной клиники в Узбекистане – Akfa Medline. Этой компании предоставлены эксклюзивные привилегии в секторе здравоохранения Узбекистана, которыми практически не владеет ни одна другая компания в стране. В этом году правительство Узбекистана предоставило именно Akfa Medline право открыто первый и пока что единственный частный медицинский университет в республике. Ни одной другой компании в Узбекистане даже не предложили такую возможность – не проводя открытого тендера, они просто положили на тарелку Akfa Medline право открыть частный университет. Большая часть полномочий по организации этого университета принадлежит мэру столицы. Поэтому мы обратились с письмом в администрацию столичной мэрии и поинтересовались у них относительно того, а не происходит ли в данном случае открытое столкновение интересов государственного и частного секторов. Однако в администрации Артыкходжаева категорически опровергли это, заявив, что в данной ситуации никакого столкновения интересов государственного и частного секторов не происходит. Исходя из этого ответа следует, что либо узбекские чиновники не понимают концепцию столкновения интересов, либо просто ни в грош не ставят ее.

Следовательно, мы можем сказать, что в Узбекистане нет честной и справедливой площадки для ведения бизнеса. Сегодня в Узбекистане владельцы прибыльного бизнеса процветают не из-за того, что являются высококлассными предпринимателями, а лишь потому, что они являются приближенными к правительству и высокопоставленным узбекским чиновникам. Такие компании расширяются и крепчают благодаря государственным ресурсам, налоговым и таможенным привилегиям, которые находятся в руках их истинных владельцев.

Озодлик: Как вы считаете, есть ли основания предполагать, что за расширяемой день ото дня бизнес-империей Джахонгира Артыкходжаева стоят влиятельные лица из руководства страны?

Кристиан Ласслет: Имеются серьезные основания для подобных опасений.

Потому что имена истинных владельцев компаний, которые получили и продолжают получать самые прибыльные проекты в узбекской экономике, хранятся в тайне, они спрятались внутри оффшорных компаний, структур-оболочек. Сегодня узбекистанцы видят, как компаниям, об истинных владельцах которых ничего неизвестно, предоставляются немыслимые привилегии. Сегодня узбекистанцы видят, как созданным совсем недавно оффшорным компаниям без проведения тендера, практически даром отдают имущество государства и народа. Подобные опасения народа, который все видит и знает, вполне оправданы. Однако найти в базе корпоративных данных информацию о тех, кто предоставляет привилегии бизнесу таких лиц, как Артыкходжаев, и какова их доля в этих бизнес-структурах, пока невозможно. Однако, опираясь на имеющиеся у меня документы, с точной уверенностью могу сказать следующее:

Да, бизнес-масштаб Akfa-Artel достаточно велик; да, в центре этой бизнес-империи стоит Джахонгир Артыкходжаев; да, в этом бизнесе имеются оффшорные компании, реальные владельцы которых остаются скрытыми; да, этот бизнес получает от государства помощь в большом объеме. Однако мы не можем сказать точно, кто стоит на невидимой нам стороне этого бизнеса.

Озодлик: Вы говорите, что документы, в которых приведены имена реальных владельцев сегодняшних бизнес-империй, скрыты за семью замками. Получается, что теперь нам снова придется ждать десятки лет новых рейдов швейцарской полиции?

Кристиан Ласслет: Нет. Нам не нужно ждать десятки лет для открытия этих банковских ячеек. Что мы можем сделать – так это использовать науку по работе с базой данных. Это поможет нам найти те компании, имена реальных владельцев которых остаются скрытыми для общественности. К примеру, мы смогли установить, что подчиненные Артыкходжаева являются владельцами остальных акций компании, в которой он сам является мажоритарным акционером. После того, как мы смогли раскрыть эту информацию, Артыкходжаев начал переводить свои акции на имя других лиц – жены и различных менеджеров. Мы можем доказать это. Теперь общественность, в первую очередь, журналисты должны задать мэру Ташкента Артыкходжаеву следующие вопросы:

«В апреле-мае вы неожиданно принялись избавляться от своих акций в группе компаний Akfa-Artel, ваше имя неожиданно начало исчезать из списка акционеров.

Вы называете себя честным политиком. Тогда будьте любезны, покажите нам документы о стоимости проданных акций и банковские транзакции, подтверждающие законность сделки купли-продажи. Покажите их, чтобы мы удостоверились в том, что вы не смешивате интересы государства со своими личными».

Рукой журналиста не достать банковскую ячейку, чтобы узнать имя истинного владельца компании, скрытой внутри оффшорной структуры. То, что может делать журналист – это задавать вопросы. И мы должны продолжать заниматься этим делом.

Самым важным игроком в этом процессе является правительство Узбекистана. У правительства имеются документы, в которых приводятся данные об истинных владельцев этих компаний. Дело осталось за малым – решиться ли правительство обнародовать для общественности реестр этих компаний или нет.

Смотреть комментарии (19)

Форум закрыт, но Вы можете продолжить обсуждение на Facebook-странице Радио Свобода
 
XS
SM
MD
LG