Бывший лидер Мьянмы 76-летняя Аун Сан Су Чжи, лауреат Нобелевской премии мира, свергнутая и отстраненная от власти в результате военного переворота 1 февраля 2021 года, сегодня получила новый приговор закрытого суда в столице страны Нейпьидо – еще 4 года тюрьмы. Западный мир, на фоне других событий, отреагировал на это традиционно вяло – очевидно, не потому что полюбил вернувшуюся к власти в Мьянме военную хунту, а потому что разлюбил саму Аун Сан Су Чжи.
Аун Сан Су Чжи сейчас дополнительно признали виновной в нарушении санитарных ограничений в условиях пандемии COVID-19 и в «использовании запрещенных средств связи» (в незаконном ввозе в страну радиопередатчиков, которые нашли у нее дома при обыске).
Фото Аун Сан Су Чжи, когда она еще была главой Мьянмы – сделанное в Международном суде ООН в Гааге на слушаниях по одному из исков о геноциде народа рохинджа. 11 декабря 2019 года.
Почти 2 года Аун Сан Су Чжи содержится под домашним арестом почти без связи с внешним миром, и военные суды довольно регулярно выносят ей все новые приговоры – ее осуждают хоть и на небольшие сроки, в 2-3-4 года заключения, но они добавляются к старым. Всего в отношении Су Чжи все еще расследуется 12 уголовных дел, общий срок лишения свободы по которым может превысить 100 лет. Причем формулировки статей обвинения, по которым ее признают виновной, совершенно разные и иногда звучат просто экзотически – например, Су Чжи якобы одновременно виновна в «использовании незаконных средств связи», в «возбуждении в обществе чувства страха и тревоги» и даже в «тайных эзотерических преступлениях».
В предпоследний раз ее осудили 6 декабря 2021 года, вновь на закрытом заседании, на 4 года тюремного заключения (потом суд смягчил приговор до 2 лет) по обвинению в «подстрекательстве к беспорядкам» и опять-таки нарушении санитарно-эпидемиологических правил. Обвинения в подстрекательстве, к примеру, были связаны с письмом, которое партия Аун Сан Су Чжи «Национальная лига за демократию» разослала иностранным посольствам в Мьянме вскоре после февральского переворота, призывая их не признавать военный режим. При этом Су Чжи до сих пор остается дома под военной охраной, а не за решеткой.
Примечательно, что в последнее время международная реакция на все эти приговоры Аун Сан Су Чжи была очень сдержанной, по сравнению с тем, как мир реагировал на любые новости, связанные с ней и с происходящим в Мьянме еще пару-тройку десятилетий назад, – потому что нобелевская лауреатка с тех пор сильно разонравилась многим мировым политикам и общественным и правозащитным организациям из-за вскрывшихся многочисленных доказательств ее прямой причастности к геноциду народа рохинджа.
Беженцы-рохинджа в соседнем с Мьянмой мусульманском Бангладеш. 10 сентября 2017 года.
Аун Сан Су Чжи, дочь национального героя Аун Сана (основателя Коммунистической партии Бирмы, тесно сотрудничавшего с Японией во время Второй мировой войны), бывшая политзаключенная, лауреат Нобелевской премии мира 1991 года, лидер правившей партии «Национальная лига за демократию» (НЛД), де-факто возглавляла правительство Мьянмы (бывшей Бирмы) с 2016 года и вплоть до последнего переворота, устроенного генералом Мин Аун Хлайном.
Она имела особый статус и занимала специально для нее придуманную должность первого государственного советника, то есть премьер-министра, из-за невозможности (согласно принятой в 2008 году Конституции) баллотироваться в президенты лицам, имевшим даже в прошлом иностранное гражданство. Аун Сан Су Чжи, как и ее покойный муж, английский тибетолог и исследователь истории буддизма Михаэль Эйрис, ранее была гражданкой Великобритании.
Мьянма находилась под властью генералов до 2011 года, когда в стране под руководством Аун Сан Су Чжи начались демократические перемены. Это в целом уникальное в смысле политического устройства государство, когда-то и созданное военными, правившими здесь десятилетиями с момента получения независимости от Великобритании. И до последнего момента, то есть до переворота в феврале 2021 года, вся ее современная политическая система (в том числе и Конституция 2008 года) была выстроена так, чтобы сохранять огромное влияние за генералами, которые считают только себя истинными блюстителями законности и гарантами суверенитета и правопорядка.
Аун Сан Су Чжи, «личный друг» многих известных западных лидеров, в глазах последних, конечно, по-прежнему остается законно избранным лидером Мьянмы. Но, хотя за последние 2 года ряд мировых политиков призывали к ее освобождению, она явно уже больше не та героиня и почти икона многих борцов за соблюдение прав человека, которой когда-то была.
Государственный советник Мьянмы Аун Сан Су Чжи. Апрель 2017 года.
Хладнокровное молчаливое согласие Аун Сан Су Чжи с резней рохинджа испортило ее имидж до такой степени, что некоторые известные в мире демократические активисты ранее обратились в Осло с петицией – лишить ее Нобелевской премии мира. Особая комиссия ООН в своем докладе два года назад подчеркнула, что гражданское правительство Мьянмы во главе с Аун Сан Су Чжи в 2017–2020 годах было прямо виновно в поощрении действий военных против народа рохинджа в штате Аракан на западе страны, в распространении заявлений, разжигающих ненависть к этому этническому меньшинству, и в сокрытии информации и документов, связанных с конфликтом. Кроме того, как говорилось в этом документе, сама Аун Сан Су Чжи «не использовала свое положение главы правительства и свой моральный авторитет для того, чтобы защитить гражданское население штата Аракан».
При этом сама Аун Сан Су Чжи во время всех своих речей, зарубежных визитов и интервью до последнего всячески старалась не касаться темы преследования рохинджа. Лишь один раз в ответ на неприятные вопросы журналистов и правозащитников во время поездки в Сингапур она бросила фразу: «Да покажите мне хоть одну страну, где нет нарушений прав человека!»
Бывший президент США Барак Обама и Аун Сан Су Чжи. Янгон, 19 ноября 2012 года.
Интересно, что в конце прошлого года десятки беженцев-рохинджа, живущих сегодня в Великобритании и США, подали судебный иск на сумму 150 миллиардов долларов к корпорации Facebook. Заявители обвинили соцсеть в распространении ненавистнических высказываний «правительства Аунс Сан Су Чжи, а потом военной хунты» в отношении этого мусульманского меньшинства. В иске говорится, что алгоритмы Facebook, «запрограммированные лишь на задачу роста аудитории» и потому «продвигающие дезинформацию и экстремистские идеи», в реальном мире «превращаются в насилие».