Узбекистанские силовики жестко подавили массовые протесты в республике Каракалпакстан – автономном регионе на западе страны. Протесты начались после того, как были предложены поправки к Конституции Узбекистана: согласно им, из Основного закона было исключено положение о суверенитете Каракалпакстана и праве его народа на отделение на основании результатов всеобщего референдума.
1 июля в столице региона Нукусе и в других городах тысячи человек вышли на улицы с требованием не менять Конституцию. Силовики жестко подавили протесты, использовав бронетехнику, а в самом регионе был введен режим ЧП. 18 человек погибли: комендант Каракалпакстана Рустам Джураев вечером в понедельник подтвердил, что из них лишь четверо были сотрудниками правоохранительных органов, а 14 – гражданскими лицами. Почти 250 человек были ранены, более 500 были задержаны.
Политолог, директор организации Central Asia Due Diligence Алишер Ильхамов считает, что если бы президент Узбекистана сразу отозвал поправки к Конституции о статусе Каракалпакстана, то «через 2-3 недели» ситуация в регионе бы успокоилась. Но Шавкат Мирзияев решил действовать «быстро и силовыми методами», дав силовикам карт-бланш на применение силы. «Это будет иметь гораздо более серьезные последствия для стабильности страны», – предупреждает эксперт, который считает такие жесткие действия Ташкента ошибкой.
Your browser doesn’t support HTML5
Как начинались и как были подавлены протесты в Каракалпакстане: хронология
– Президент Узбекистана Шавкат Мирзияев сегодня переложил ответственность за произошедшее 1-2 июля на депутатов Верховного совета Каракалпакстана. Он пытается выйти сухим из воды, или думает, что региональные власти спровоцировали протесты?
– В практике авторитарных государств, как вы знаете, в уста подчиненных часто передаются какие-то инициативы, которые спускаются сверху. Какая-то идея задумывается сверху, а потом, как правило, кому-то поручается ее озвучить. Но я не думаю, что представители Каракалпакстана и их органы самоуправления сами могли бы и инициировали бы такого рода изменения в Конституцию Узбекистана. С какой стати?
– То есть это было заявление на публику, чтобы успокоить народ?
– Безусловно.
– Теперь мы уже знаем, что статьи Конституции Узбекистана, которые касаются Каракалпакстана, останутся без изменений. Что, по-вашему, будет дальше в регионе? Протестные настроения сохранятся, или все быстро утихнет?
Your browser doesn’t support HTML5
Что такое Каракалпакстан и почему там начались массовые протесты
– Понимаете, если все ограничилось заявлением и решением Мирзияева отозвать эти поправки, которые меняют статус Каракалпакстана по Конституции, то потребовалось бы, может, очень небольшое, некоторое время, может быть, недели две-три, чтобы ситуация устаканилась, успокоилась.
Но поскольку с самого начала была задана определенная динамика ситуации, то инерция этих протестных движений не может спасти буквально за один день!
На мой взгляд, видимо, Шавкат Мирзияев дал команду силовым органам Узбекистана навести порядок буквально за один-два дня. То есть он не стал дожидаться и выбирать позицию постепенного умиротворения, а потребовал навести порядок в очень короткие сроки. Поэтому у силовых органов фактически был карт-бланш применять силу, и они стали ее применять, чтобы добиться результатов. Результат был достигнут в плане жертв: мы знаем, что сейчас уже 18 убитых, 243 раненых в больнице, из них 94 – в тяжелом состоянии. И еще могут быть какие-то новые случаи.
И эта ситуация – не сами поправки, а ситуация с пролитой кровью, – будет иметь гораздо более серьезные последствия для страны, чем сама инициатива с поправками. И для Каракалпакстана, и для стабильности страны в целом. То есть, как говорится, они сами себя в эту ловушку и загнали.
– А насколько вообще реально, что жителям Каракалпакстана когда-нибудь дадут право на самоопределение? Мы не забываем, что Узбекистан – это автократическое государство. Смогут в Ташкенте дать им шанс на независимость?
– В таком автократическом государстве, как Узбекистан, как правило, Конституция как таковая не играет особой какой-то роли, она не влияет на действительное положение вещей. Часто она игнорируется или нарушается самими властями. Управление государственное происходит по другим понятиям и принципам, не всегда в соответствии с законом, тем более в соответствии с Конституцией.
Поэтому до сих пор ситуация сохранялась благодаря фактическому контролю, де-факто, а не де-юре. И благодаря силе авторитарного режима, контролю за силовыми органами и контролю за всеми административными органами. И Каракалпакстан в этом смысле не был исключением.
Но все будет зависеть в этом плане от того, насколько страна, государство, правящий режим будет сохранять способность все контролировать. Сейчас это будет труднее сделать, поскольку эти жертвы наверняка послужат триггером для дальнейшего недовольства, гораздо большего, чем поправки к Конституции.
– После событий в Каракалпакстане каковы политические перспективы самого Мирзияева? Протесты помешают ему «обнулиться», или теперь его позиции пошатнулись и не так однозначны?
– Позиции пошатнулись, но вряд ли отменится план по «обнулению» его президентских полномочий. Это то же самое, что эти поправки по Каракалпакстану: они особого влияния не имели. План Мирзияева будет дальше реализован. И я думаю, что для того, чтобы и дальше контролировать ситуацию, ему придется, видимо, «закручивать гайки». Это будет усиливать авторитарные, диктаторские тенденции в стране. И в какой-то степени в Узбекистане есть большой риск возврата к каримовским методам управления.