Ссылки для упрощенного доступа

По признанию Евгения Ихельзона, украинского путешественника и блогера, основателя туристического проекта «Я люблю Азию», спустя 23 года он вновь посетил страны Центральной Азии и увидел колоссальные изменения, произошедшие в этих государствах с 1993 года.

Памятник Амиру Тимуру (Тамерлану) в центре Ташкента.

Памятник Амиру Тимуру (Тамерлану) в центре Ташкента.

В беседе с Таджикской редакцией радио «Свобода», состоявшейся 9 августа, Ихельзон по телефону из Гонконга сказал, больше всего эти изменения были заметны в Узбекистане. «В этой стране чувствуется процесс декоммунизации. Переименованы названия улиц, районов, городов. Все под ноль зачищено. Ни комсомольцев, ни коммунистов, никаких Фрунзе, Лениных. Не осталось ни одного памятника советского периода. Вместо этого в Узбекистане появился культ Тамерлана, повсюду ему памятники ставят», – сказал путешественник.

​По наблюдениям Евгения Ихельзона, люди в регионе стали более зажиточными, чем в лихие 90-е, но было ощущение, что они обеспокоены тем, что их мирную жизнь может нарушить угроза терроризма.

Евгений Ихельзон.

Евгений Ихельзон.

​По его словам, во время своей поездки по странам Центральной Азии он был с бородой и многие говорили ему, мол, радуйся, что ты украинец, иначе твою растительность давно бы побрили. «И это действительно так. Например, в Узбекистане настолько боятся исламского влияния, что там запрещено носить бороду, молодые люди ходят все бритые. Исключение составляют лишь старцы. Официально борода в этой стране не запрещена, но это стало одним из аспектов государственной политики. Такая же ситуация в Таджикистане. В Кыргызстане также трудно найти бородатых людей. Власти видят в обладателе бороды радикального мусульманина, который прибыл в регион из Саудовской Аравии или Афганистана», – рассказывает Евгений.

Республики Центральной Азии в советское время превзошли другие страны по пропаганде коммунистических ценностей. Во дворах школ, в центре каждого города и района, практически возле каждого государственного учреждения обязательно стоял памятник вождю пролетариата Ленину, все центральные улицы городов и районов обязательно называли в честь этого основателя советского государства. Колхозы, города и районы носили имена Феликса Дзержинского, Михаила Калинина, Михаила Фрунзе, Карла Маркса, Фридриха Энгельса и других ключевых фигур советской системы и коммунистической доктрины.

Например, только в Гиссарском районе как минимум три колхоза и совхоза были названы в честь основоположника советского государства – «Ленинизм», «Дорога Ильича». Остальные колхозы носили имена Маркса, Калинина, Жданова, были названы в честь Москвы и Ленинграда, был также колхоз имени 22-го съезда КПСС.

Процесс переименования «чуждых» идеологических названий в Таджикистане начался в конце 80-х. Этот процесс активизировался в 90-х, в период развала Союза, однако проходил немного болезненно. Осенью 1991 года, когда сносили памятник Ленину на главной площади таджикской столицы, сторонники коммунистической партии устремились на площадь и под их давлением председатель Верховного совета республики, и.о. президента страны Кадриддин Аслонов подал в отставку. Это событие предшествовало череде дальнейших митингов в столице, и даже – считают некоторые эксперты – положило начало пятилетней гражданской войне.

Исмоил Талбаков

Исмоил Талбаков

Исмоил Талбаков, нынешний председатель Коммунистической партии Таджикистана, сказал 9 августа радио «Озоди», что коммунисты остаются привержены марксистско-ленинскому учению, но национальные ценности ставят выше партийных.

По его словам, члены партии не считают декоммунизацией переименование названий улиц и городов в соответствии с национальными ценностями, ведь по сей день в различных уголках республики можно увидеть памятники советской эпохи. «По всей стране сохранено 63 памятника Ленину, а на берегу реки Сырдарья в Худжанде до сих пор стоит 45-метровая статуя вождя пролетариата. Есть памятники Ленину и в Бадахшане, и в Хатлоне», – сказал Талбаков.

Абдурахим Зулфониён, представитель Комитета по языку и терминологии, сказал, что процесс переименования улиц, площадей, городов и районов, других географических объектов находится в компетенции местных властей, который после предложения со стороны правительства должен быть еще утвержден верхней палатой парламента. Но в целом, продолжил Зулфониён, «переименование играет важную роль в повышении уровня национального самосознания и национальной идентичности».

В ходе недавней череды переименований географических объектов в Таджикистане город Чкаловск был переименован в Гулистон, а в марте этого года впервые кишлак в Горном Бадахшане получил название в честь президента страны и теперь называется Рахмонобод.

Обозреватели отмечают, что процесс переименования объектов, унаследовавших названия советской эпохи, впадает в крайность, и теперь все объекты, носившие имена Ленина, названы в честь основоположника таджикского государства Исмоили Сомони – центральный проспект в Душанбе, административный центр Рудаки, район в столице, пик Коммунизма и десятки улиц и городов в республике получили название Сомони, а вместо памятников Ленину в этих городах установлены статуи национального героя.

Материал радио «Озоди» (Таджикской редакции радио «Свобода»)

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG